Мөңгү с Александрой Филатовой: Мифы о диаспорах
15 Мая 2015

Состоялось очередное заседание дискуссионного клуба «Мөңгү». Клуб «Мөңгү» – новый проект АКИpress и центра «Полис-Азия». Это дискуссионная площадка, где обсуждаются и анализируются процессы, происходящие в Кыргызстане.

Ведущие эксперты центра «Полис-Азия» Эльмира Ногойбаева и Асель Мурзакулова. Гость клуба — Александра Филатова — эксперт, сотрудник аналитического консорциума «Перспектива».

SAM_6672

Асель Мурзакулова: Сегодня у нас в гостях Александра Филатова - ивент-менеджер общественной организации Kyrgyz Club, которая объединяет кыргызстанцев в США, до этого Александра работала директором-координатором Аналитического Консорциума «Перспектива» и экспертом Международного института стратегических исследований при президенте КР. Сегодня мы будем обсуждать одну из актуальных тем: «Диаспоры кыргызстанцев за рубежом».

Эльмира Ногойбаева: Последние три года Александра находится за рубежом и имела возможность посмотреть на ситуацию вокруг Кыргызстана как из Америки, так и из Ливана, где она сейчас живет.

Александра Филатова: На самом деле очень интересно смотреть на Среднеазиатский регион из Ближневосточного.

Асель Мурзакулова: Вы говорили о том, что предпочитаете использовать термин землячество, а не диаспора, почему?

Александра Филатова: В Кыргызстане принято говорить о диаспорах в контексте массовой трудовой миграции, поэтому в центре внимания оказываются трудовые мигранты, которые работают в России, но география кыргызских сообществ за рубежом довольно широкая, это и Америка, и Арабские Эмираты, и Япония, это везде, где выходцы из Кыргызстана объединяются. Диаспоры — это что-то узкое, построенное на национальном признаке, мы видим, что даже и внутри страны есть диаспоры. Мне более близко слово землячество, потому как люди объединяются, потому что они с одного региона. В основном объединяются по признаку землячества.

Сообщества эти тоже развивались. Если вначале люди объединялись для того, чтобы вместе провести время и поесть национальную еду, то с течением времени эти сообщества выходят на новый уровень, как определенная сила, сила устоявшихся людей, которые видят будущее в своей стране и не хотят терять связь со своей землей.

Говоря о миграции в Россию, мы подразумеваем челночную миграцию, а миграция в развитые страны улучшенного благосостояния, там тоже люди обосновываются. Имеют работу, видят будущее своих детей. Разговаривают на языке этой страны и у них появляется новая потребность - сохранить часть кыргызской культуры в своих детях и то, какое влияние они могут оказывать на Кыргызстан.
Кыргызы остаются кыргызами, как бы они не интегрировались в другое сообщество. Связь с землей и страной остается.

Мне посчастливилось участвовать в первом Кыргызском форуме диаспор за рубежом, который проходил в Нью-Йорке в 2013 году, это стало рывком в деятельности диаспор, хоть там и возникли некоторые спорные моменты.

На этот форум были приглашены диаспоры из других стран: Италии, Японии и ОАЭ. Форум никем не спонсировался, все было организовано на собственные средства. Это показатель того, что у людей появилась такая потребность и они готовы в это инвестировать.

Большая часть форума была посвящена тому, как диаспоры могут сами развиваться за рубежом и при этом влиять на развитие в стране. И вот через три года я уже вижу плоды, может быть, напрямую это и не связано с форумом. То, что там было проговорено уже осталось в умах людей, и сегодня уже видны зарубежные бизнес-проекты. Одни активисты ищут другие среднеазиатские диаспоры, например очень активно этим занимаются турки, объединяя тюркоязычные народы, создавая различные мероприятия. А кто-то развивает и продвигает культуру Кыргызстана за рубежом.

Эльмира Ногойбаева: У Асель есть статья «Три мифа о пользе трудовой миграции», а вы проговорили, что есть мифы о диаспорах/землячествах за рубежом, живущих в более благополучных стран, что это за мифы?

Александра Филатова: Очень часто я слышу, что вернется новое поколение и они изменят ситуацию. Но, как показывает практика, новое поколение тоже неоднородно, есть те, кто не ставит своей целью вернуться в Кыргыстан, есть те, кто напротив - транслирует свои ценности о том, что имели в КР в другой стране.

Миф в том, что новое поколение отличается от старого. Это не так. Новое взросло на тех же культурных основаниях. Конечно, у кого-то возникает конфликт ценностей. Люди из-за рубежа имеют бизнес-интересы и они привносят новые идеи в Кыргызстан, землячества могут быть проводниками таких идей, например, развитие органической продукции. Я прочла новость о том, что штат Вашингтон (Америка) и Иссык-Кульская область станут партнерами и будут выращивать яблоки по новым технологиям. На мой взгляд, основные изменения не могут идти сверху, тоталитарным путем, они происходят снизу, теми, кто делает практическую работу, простыми людьми. Наши соотечественники из за рубежа стараются стимулировать изменения снизу. Люди видят пример, и они стараются научиться и привносить эти новые технологии на Родине. Люди инвестируют в будущее своей страны, находясь в другой стране.

Асель Мурзакулова: Вы видите консолидирующий потенциал кыргызской культуры?

Александра Филатова: На меня сильно повлияла кыргызская культура, именно как основа для объединении диаспор/землячеств. Вначале связь, взаимоотношения начали формироваться на основе тоски по родине. Например, фильм «Бишкек, я люблю тебя» пробудил это чувство для многих, его стали копировать и отправлять в другие страны. Кыргызские диаспоры в разных странах связаны на культурных основаниях.

SAM_6669

Асель Мурзакулова: В прошлом году прошли форумы «Мекендештер» и «Замандаш», которые поставили вопрос о том, что правительству необходимо строить работу с диаспорами на новом уровне. Много говорили о том, что правительство должно создать специализированный орган по работе с диаспорами. Вопрос был поставлен так, каким образом следует развернуть деятельность диаспор для национального развития? Каким образом можно организовать эту связь? Например есть опыт Мексики, где работает Национальный Совет по делам мексиканских общин за рубежом в Консультативный совет этого органа правительства, каждая община избирает своего «депутата». Это очень интересная модель. Как вы думаете, как правительство должно работать с диаспорами?

Александра Филатова: Как мне кажется, у нас все зациклено на правительстве, как будто без правительства не существует другой жизни, хотя на практике оно давно уже параллельно существует само по себе. И на этом фоне происходит некая конкуренция между диаспорами за рубежом. Они тоже рассматривают варианты влияния.

Диаспоры, которые настроены работать с правительственной системой, имеют налаженные работы с послами в посольствах. Но есть и те, кто не рассматривают правительство как силу.

Эльмира Ногойбаева: Форум «Мекендештер» не правительство организовывало, а фонд Р.Отунбаевой. Что хорошо, на этом форуме представители диаспор могли напрямую первым людям государства предъявить или подсказать курс политики.

Александра Филатова: Все эти диаспоры рассматриваются, как побочный эффект, они рассматриваются в краткосрочной перспективе, мол, поработали и вернулись с деньгами и поменяют ситуацию в стране. На них возлагается ответственность, что они приведут и деньги, и изменения в страну.

Но дело в том, что многие хотят остаться за рубежом, развивать свой бизнес, строить планы и развиваться в другой стране. Если возьмем США — это страна иммигрантов, и новое поколение, рожденное в штатах, лоббирует интересы страны через эту страну и, мне кажется, это главный ресурс.

Правительство не рассматривает диаспоры Арабских Эмиратов, где у людей уже есть бизнес, и как я знаю, в Японии сообщество связано именно с научной средой. Надо работать как с представителями Кыргызстана, так и с рубежными коллегами, то есть лоббировать интересы Кыргызстана в этих странах через эти сообщества.

Асель Мурзакулова: Как ресурс мягкой силы, например, как институт «Манаса» за рубежом?

Александра Филатова: Да, сообщества приглашают уже каких-то лекторов и бизнесменов, которые делятся знаниями.

Эльмира Ногойбаева: Предположим у них там классно, но ведь многие возвращаются, и я знаю нескольких, которые получили знания за рубежом, они приезжают и нереализованные возвращаются обратно. Если ли смысл?

Александра Филатова: Кыргызстан - страна маленькая, если говорить об аналитических услугах, люди, которые сюда возвращаются, им тяжело работать в этих рамках. У них шире представление, больше запросы, и финансовые в том числе. Даже не в силу коррупции, а в силу неразвитости рынка секторов, и в силу того, что большая часть в КР архаична. Получается, что люди 21 века встречаются с средневековьем и из-за этого происходит конфликт. Кыргызстан - маленькая машина времени.

SAM_6682

Эльмира Ногойбаева: Постоянно звучит эта мантра о переходном периоде и о том, что страна молодая. Можно ли все сваливать на возраст? Хотя развитие страны, на мой взгляд, происходит циклично, и скачка определенного нет.

Александра Филатова: В Кыргызстане есть комплекс неполноценности, здесь недооценивают свои возможности. И это очень четко видно, проработав больше 6 лет в аналитической сфере, проводя исследования в разных отраслях и побывав в разных областях, я вижу, что есть потенциал у наших людей и наработанный опыт. Мы во многих направлениях ушли вперед и от России, и от наших соседей по региону. Но при этом в стране существует комплекс неполноценности как диалог правительства, элиты, и как диалог внутри страны. Происходит это, потому что в общественном диалоге не делается акцента на то, что у нас уже есть, на позитивном моменте.

Если первые лица делают акценты на проблемах, то все закончится проблемами и общество будет также воспринимать, но даже в реализации маленьких реформ есть позитивные нотки.
Глупо ждать позитивного изменения, если мы не говорим о позитиве.

На вопрос, почему не получилось, все опираются на то, что «у нас нет денег», но инициативы не нуждаются в деньгах. Многие ждут от диаспор финансовых ресурсов, но сами диаспоры несут другие ресурсы, которым нет цены.